Железный Феликс
shotgun.com.ua
 
на главную
Новости Библиотека Поиск

 

Борьба с терроризмом

 



Спецслужбы мира
Украинские спецслужбы
История спецслужб
Шпионаж и защита информации
Арсенал
Спецподготовка
Ссылки

Это актуально:

Морские разбойники

Борьба
с пиратами


Борьба с терроризмом

 

 

 

   Антитеррор


Шпийон
Юмор, курьезы, анекдоты

10.12.2010

Чужие здесь не ходят. А свои - боятся...

Виктор Сокирко, Комсомольская правда

 

Северный Кавказ живет от одного теракта до другого. Здесь время меряют не днями, а взрывами и нападениями

вьезд в Назрань
В общем контексте региона - Ингушетия, пожалуй, самая необычная республика. Хотя бы тем, что здесь две столицы: старая - Назрань - и новая - Магас. Назрань еще с советских времен оставалась как бы на втором плане, в составе Чечено-Ингушской республики ингуши довольствовались ролью "младших братьев" вайнахского народа. Грозному доставалось все, Назрани - крохи, даже когда партийными секретарями республики были ингуши. Это только в песне звучало: "Выпью пива, съем тарань, сяду в поезд на Назрань. Кто-то скажет: это глушь, а у меня там друг ингуш!" В Назрань сейчас никто не едет. В Ингушетии что ни день, то либо взрыв, либо обстрел. Что же там сейчас происходит?

МЕСТНЫЕ "ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТИ"

Самое безопасное место в республике - Магас. Столица! Въезд - после тщательного осмотра на милицейском посту. Проживающих по прописке "столичных штучек" - около 500 человек, ровно столько обитало раньше в этом бывшем селе местных жителей. Остальные "понаехали". Чиновники и силовики приезжают сюда на работу утром и уезжают вечером. Днем - обычный город: проспекты, аллеи, многоквартирные дома, офисы министерств и банков, особняки на окраине. Но только с наступлением темноты понимаешь, что он мертвый. На улицах никого, окна не светятся. Даже фонтаны перед президентским дворцом выключены. Гуляют только патрули. Жизнь теплится лишь в местном управлении ФСБ и пограничном управлении, но выходить за пределы территории их сотрудники предпочитают лишь по служебной необходимости, то есть для борьбы с террористами бандподполья. Зато боевиков в республике - с избытком. Здесь соседствуют две жизни: одна - силовых структур и правоохранительных органов, вторая - бандподполья. Как существуют между этих полярных миров обычные жители - совершенно непонятно. Тем не менее работают магазины, школы, больницы, госучреждения...

- Вот отделение РОВД, которое два года назад взорвали, - показывает водитель "достопримечательности" Назрани. - Здесь гранату во двор учительнице бросили. Этот магазин подорвали за то, что водкой торговали. Вот кинотеатр, где не состоялось ни одного показа, - гранаты бросали. Здесь напали на милицейский пост...

- Ну а что-то еще интересное есть в городе?

- Конечно! Вот особняк, который построил зампрокурора. Этот магазин принадлежит милицейскому начальнику. А это банк, который контролирует крупный чиновник...

Все, смотреть больше нечего.

 

Из разговора спецкора "КП" с президентом Республики Ингушетия Юнус-Беком Евкуровым

- Юнус-Бек Баматгиреевич, став президентом, вы сказали, что терроризм в республике будет искоренен если не через год, то через два точно. Сейчас готовы скорректировать эти сроки?

Юнус-Бек Евкуров

Юнус-Бек Евкуров

- На самом деле на порядок стало меньше террористических актов, убийств - это видит население. Люди начинают верить, что с бандитами в конечном итоге будет покончено. В этом году практически 60% раскрытых преступлений произошло именно по информации местных жителей. В разы повысилась информационно-активная база, но люди все еще боятся звонить, опасаясь мести со стороны боевиков. Особенно в селах. Приезжаю туда - готовы говорить о материнском капитале, мерах социальной поддержки, но как только заходит разговор о бандподполье - молчат. Я в одном селе людям говорю: вот вы и это хотите, и это. Да, все будет, но создайте у себя такие условия для боевиков, чтобы их не было в селе. А то впору там вывеску делать на въезде: "Все преступники приглашаются в гости!".

- А кто идет в боевики в Ингушетии? Те, кого обидела власть?

- Четко выраженной группы, которая склонна к терроризму, нет - в бандподполье попадают из различных социальных слоев общества. Процент обиженных там мал. Да и религиозных фанатиков не так уж много. Многие понимают, что ваххабизм - неправильный путь для мусульманина.

 

У БАНДИТОВ СОБСТВЕННАЯ ГОРДОСТЬ...

- Наибольшую опасность представляет даже не верхушка бандподполья, а ее низовое звено, так называемые стрелки, - делится пресс-секретарь УФСБ по Республике Ингушетия Дмитрий Малов. - Участие в бандгруппе для них не столько джихад, сколько возможность обогащаться. Деньги от арабов или своих идеологов когда еще получишь, вот и грабят они банки, облагают данью магазины, предпринимателей. Все под знаменем священной борьбы, которая сводится к махровому бандитизму.

Впрочем, в ряды бандподполья идут не только тупицы, которые не смогли чего-то добиться в жизни. Здесь встречаются и успешные граждане, много студентов. Но они идут не в "стрелки", а в наиболее законспирированное звено боевиков, которое редко отправляется в горы, а предпочитает заниматься идеологией.

взрыв в Назрани

Последствия взрыва в Назрани

Оперативники спецслужб нарисовали схему "распределения ролей" в ингушском бандподполье. На вершине айсберга - Доку Умаров, авторитет которого в роли амира Северного Кавказа в Ингушетии в отличие от других республик региона по-прежнему велик. Первым замом по "силовому блоку" у него был Юсуп Дзангиев - так называемый военный амир Ингушетии, а по совместительству и лидер карабулакской бандгруппы. От него уходили цепочки связей со стрелковыми группами (по 3 - 4 человека) и командирами отрядов. Один из них, Али Тазиев по прозвищу Магас, был взят в июне 2010 года.

Второе крыло - идеологическое, занимающееся распределением всех ролей в бандподполье и планированием взрывом. Вначале его возглавлял правая рука Умарова Иса Хашигульгов, который занимался территорией не только Северного Кавказа, но и всей России (в первую очередь Астраханской, Волгоградской областями, Ставропольским краем), где замышлялись теракты.

Хашигульгов сейчас сидит в тюрьме "Лефортово" и, похоже, дает свидетельские показания по бандподполью. На смену ему пришел Саид Бурятский (Александр Тихомиров, 1982 г. р.) - один из религиозных идеологов бандподполья Северного Кавказа, эмиссар международной террористической организации "Братья мусульмане", причастный к организации целого ряда резонансных терактов, в том числе к подрыву "Невского экспресса" и покушению на жизнь президента Ингушетии Юнус-Бека Евкурова, подрыву здания ОВД в Назрани.

- С уничтожением Саида Бурятского и нейтрализацией других идеологов кривая преступности в Ингушетии заметно пошла вниз, - показывают статистику оперативники. - "Стрелки" самостоятельно уже не в силах организовать крупные теракты... Главное, чтобы на их месте не появились новые.

Но новые появляются. Не могут не появиться.

Устроиться на хорошую работу человеку без влиятельных родственников невозможно. Во власть берут далеко не всех - только своих. Но даже если ты носишь фамилию Аушев, Зязиков или Евкуров, не факт, что являешься их родственником, а однофамильцы здесь не канают. Даже в милицию устроиться - и там связи нужны. А ведь на Кавказе есть и своя специфическая особенность - важность статуса. Статус здесь - это не только оружие, деньги, уважение, это свидетельство того, что ты состоялся как мужчина. И боевик в бандформировании - это тоже статус. Ведь страх перед человеком - чуть ли не главная форма уважения его среди местных.

Из разговора спецкора "КП" с президентом Республики Ингушетия

- Какие существуют мирные пути искоренения бандподполья, без оружия?

- Тех, кто мутит молодежь, нужно привлекать к ответу. В политическом плане - минимизировать бесконтрольный выезд студентов за границу, где они впитывают не самые лучшие идеи. Но делать это без спецслужб, через муфтиев, которые должны более плотно работать с молодежью. Нужна работа с населением, с родственниками тех, кого боевики втягивают в банды.

Операция по захвату боевиков

Спецназ при захвате Исы Хашигульгова в Карабулаке

 

БОЕВИК СМЕЛ, ПОКУДА НЕ ПОЙМАН

Как ликвидировали Саида Бурятского - отдельная история. На него вышли во время расследования дела по подрыву "Невского экспресса". А в спецоперации по его поимке в Ингушетии задействовали авиацию, ФСБ, спецподразделения из Твери, Северной Осетии, Чечни. Брали боевиков по нескольким адресам в селе Экажево Назрановского района.

В двух домах спецназ столкнулся с сопротивлением. В одном ожесточенный бой затянулся более чем на сутки. И именно там среди уничтоженных бандитов был обнаружен Саид Бурятский, которого, собственно, и искали. При нем обнаружили заграничный и общегражданский паспорта, а также военный билет. Здесь нашли и целый арсенал - автоматы, пистолеты, пулеметы, снайперская винтовка, гранатометы, большое количество боеприпасов и пять пластиковых бочек с аммиачной селитрой.

А в ноябре взяли правую руку Умарова по силовому блоку Юсупа Дзангиева.

Мне повезло - я был на окраине села Карабулак, когда его привезли туда для следственного эксперимента.

- Да вон он, в "Тигре" сидит, - обронил кто-то из осетинских милиционеров из внушительной группы охраны в ответ на вопрос, как найти этого боевика. - Чего его искать?

Внутри бронеавтомобиля и впрямь сидел худощавый и небритый человек лет 25 в наручниках.

- Дзангиев?

Он кивнул.

- Зачем взрывы организовывал?

- Это не я.

- А зачем тайники с обмундированием, оружием, взрывчаткой?

- В лес хотел уйти...

Бандитская закладка

Изъято у бандитов

В кустах на окраине уже была разрыта закладка - двухсотлитровая герметичная пластиковая бочка. Там был полный комплект для "похода в горы" - зимняя и летняя камуфляжка, теплое белье, медикаменты, предметы гигиены, топор, пила и предусмотрительно припасенный плащ на случай дождя. Еще в наборе "туриста" были две "разгрузки" со снаряженными автоматными магазинами, гранаты, нож. И "снаряд танковый, 125 мм, без взрывателя и хвостового оперения", как записал следователь. К последнему прилагались 200 граммов пластита, провода с детонаторами и мобильный телефон для дистанционного подрыва.

- Такой, предположительно, был использован при взрыве на рынке во Владикавказе, - неохотно сообщил следователь. - Дзангиев сейчас дозированно выдает нам сведения, за жизнь боится. Но, думаю, скоро расскажет и о боеприпасах, и об оружии, и все, что знает.
Троих сообщников боевика, кстати, уничтожили на следующий день после задержания Дзангиева - то ли оперативники так четко сработали, то ли...

- В первый час после задержания Дзангиев вовсю веселился, даже несмотря на ранение в пятку, - рассказывает Дмитрий Малов. - Считал, что легко отделается. Сейчас, видишь, активно сотрудничает со следствием.

Дзангиев и впрямь напуган и подавлен - рассказывает о всех своих преступлениях. Даже маску не надевает, хотя может быть опознан и боевиками, и местными жителями. В день, когда он показал свой тайник, опера привезли его и по другому адресу - к магазину в Карабулаке. Там, к счастью, взрыв не состоялся из-за технической неисправности устройства.

- Это выродок конченый, он моего сына убил, - горячился вышедший из дома хозяин магазина. - Таких нужно уничтожать как собак бешеных!

- Он нас взорвать хотел, потому что деньги не давали, за это и сына убили! - вторила жена хозяина. - Вон их гнездо, через дорогу (показывает на небольшую мечеть), там они и жили, и планы черные вынашивали. Все об этом знали! Почему их раньше не уничтожили?

 

"НИКТО, КРОМЕ НАС"

Мечеть как мечеть. Обычная, деревенская. Чуть ли не сарайчик с куполом. Но словно в ответ на крики жены хозяина магазина и повышенное внимание к этому объекту оперативников как из-под земли появились вооруженные люди в разнокалиберной камуфляжной форме.

- Сворачиваемся, - угрюмо буркнул старший группы. И следственный эксперимент пришлось быстро прекратить и уехать.

Что за люди? Бандиты? Ополчение?

Оказалось, нет, местные милиционеры. Они-то наверняка знают, кто обитает в мечети, но явно не пылают любовью к пришлым. Да еще и из Осетии. И это одна из главных проблем МВД Ингушетии.

Местные милиционеры и впрямь недорабатывают в антитеррористической деятельности. Что не скрывается даже на уровне властей в республике. Причин здесь много, но главная из них - кровная вражда. Убьют милиционеры боевика - родственники рано или поздно отомстят. И наоборот - за погибшего сотрудника тоже последует возмездие. Не случайно Доку Умаров отдал распоряжение ингушскому бандподполью (уже после взрыва Назрановского РОВД) местных милиционеров не трогать! На "переднем фронте" осталось лишь УФСБ...

В ингушском управлении этого ведомства практически нет местных сотрудников - либо прикомандированные, либо те, кто остался служить на постоянной основе, приехав сюда из других регионов России. У них нет здесь родни, да и родственников многие перевезти не могут из соображений безопасности. С одной стороны, это плюс в оперативной работе, а с другой - минус, когда отсутствуют многолетние контакты и с агентами, и с сотрудниками других правоохранительных служб. Только "годичник" успеет войти в курс местной обстановки - все, пора на родину. Даже в одном из ведущих отделов - БТ - борьбы с терроризмом - существует текучка кадров, хотя здесь стараются держать людей на постоянной основе.

ФСБ - признанный лидер по борьбе с терроризмом в республике. Те же Саид Бурятский, Магас, Дзангиев, Хашигульгов - их разработка. А ведь еще есть не один десяток нейтрализованных боевиков, есть и перспективные разработки - бандподполье фээсбэшников только и боится.

В сводках о задержании или ликвидации бандитов фигурируют в основном ФСБ и Внутренние войска МВД РФ. Местное МВД встречается крайне редко. И это одна из причин, почему в Ингушетии не удается истребить терроризм. Помноженная на родовые связи, своего рода круговую поруку, когда "свой своего не сдаст", тема бандподполья еще долго будет мешать мирному развитию республики. И здесь, как видится, необходимо в первую очередь преломить местный авторитет, когда ради нормального существования люди сами объявят бойкот боевикам и перестанут оказывать им поддержку.

Спецоперация

 

Из разговора спецкора "КП" с президентом Республики Ингушетия

- И все-таки, когда республика избавится от боевиков и подполья?

- Сейчас я могу сделать прогноз на два-три года - бандитов к этому времени мы сумеем ликвидировать совместными усилиями как правоохранительных органов, так и самих жителей республики.

...В кабинете президента Ингушетии висит флаг ВДВ с девизом российской десантуры на ингушском языке: "Никто, кроме нас!" И это, пожалуй, чуть ли не единственное, что внушает оптимизм в Магасе.

 

Наверх

 

 

 
   
       
  Стучать в редакцию  
     
       
   
*Информация, размещенная на этом сайте, получена исключительно из открытых источников.
**Размещение информационных матералов на этом сайте еще не означает, что редакция придерживается изложенной в них точки зрения.